Едва вернувшись из Европы, помчались на "Меланхолию", с которой разминулись перед отъездом, и были вознаграждены за долгое ожидание сторицей. Есть ощущение, что Триер становится всё более зрелым художником. В этом фильме впервые исчезли все те вещи, за которые его и любят, и ненавидят - трюки, провокации и манипуляторство. Или ушли так глубоко внутрь, что их уже не заметишь. Казалось бы, фильм из-за этого становится более беззубым. То и дело на экране появляются различные острые предметы, и сидишь как на иголках, после "Антихриста" ожидая, что вот сейчас герои начнут отрезать от себя и друг друга куски тела. Но, о чудо, новый фильм великого датчанина можно смотреть особам любой степени впечатлительности. Большую часть времени фильм кажется обычной бытовой драмой, с вдруг вновь вернувшейся эстетикой Догмы-95 и даже отсылкой к самому первому фильму этой эстетики - "Торжеству" Винтерберга, ибо в первой части "Меланхолии" происходит примерно то же самое - пышное семейное торжество, на котором родичи предстают в невыгодном свете. Зачем переснимать то, что уже было сказано, к чему вновь бесконечно пережёванная тема о том, как социальные связи оказываются не более чем маской, и не с кем поговорить? Как мне кажется, у фильма есть второе дно, что и даёт катарсис на выходе.
"Меланхолия", судя по всему, второй после "Антихриста" фильм намечающейся трилогии Апокалипсиса. Ларс фон Триер, как известно, любит трилогии - трилогия о Европе, трилогия "Золотое сердце", неоконченная трилогия о США. С посвящённого Тарковскому "Антихриста", как мне кажется, начался новый, третий этап в его творчестве. Первый этап был преувеличенно эстетский, с любованием цветом, светом и композицией в каждом кадре, не без сильного влияния его любимого Тарковского. Потом вдруг приходит "Догма", дрожащая любительская камера и отсутствие всяких световых эффектов. Теперь, предварённый одним единственным кадром из "Мандерлея", случился неожиданный синтез, когда ещё более эстетские, сверхцветные, невероятно красивые кадры мирно соседствуют со всё той же трясущейся камерой, и это новый козырь в рукаве, дающий фильму ещё одно измерение - мистическое, потустороннее. "Антихрист" погружал в это целиком, с головой, и мифология и магия подсознания жестоко атаковали героев и зрителя, доходя до полного безумия. В "Меланхолии" ведётся очень тонкая игра, и эти пласты почти полностью спрятаны.

Осторожно, спойлеры!

@темы: Кино